Большой топонимический словарь Крыма
Вернуться на портал "Киммерия"

 


 

Крымские путешествия - Чёртова лестница (Шайтан-Мердвен)

 

начало::назад::страница_08::дальше
Глава вторая - Мнимая лестница

Крепиды и аппарели
(окончание)

Пешеходная тропа Шайтан-Мердвен проходит по тенистому ущелью
Пешеходная тропа Шайтан-Мердвен проходит по тенистому ущелью
(фото my.mail.ru/community/crimeanmysteries)

Лошади ходили по Чёртовой лестнице спустя четверть века после Палласа. Вспомните Пушкина: "...взобрались мы пешком, держа за хвост татарских лошадей наших". Скажу больше: ещё недавно жители Кастрополя, Мшатки, Мухалатки, Меласа перегоняли по Чёртовой лестнице коров на яйлинские пастбища.

Если прикинуть мысленно, каков же был вид дороги по Шайтан-Мердвену "в лучшие её годы", то станет совершенно очевидно, что предназначали её не только для пешего хождения, но и для проезда верхом, и для перевозки грузов вьюком, и даже для подъёма и спуска небольших двухколёсных повозок. Будь это не так — зачем бы тогда делать широкий проход, каменным бутом выравнивать западины, устраивать крепиды и вообще выбирать наименее крутые участки пути? Для обычной пешеходной тропы, само собой, всего этого не нужно.

Выше сказано о значительной крутизне подъема — 15—20°. Два-три коротких и очень сильно разрушенных марша имеют крутизну до 30°, главным образом на поворотах. В прошлом они были значительно положе благодаря каменной вымостке, которая с течением времени разрушилась и исчезла. Да и те 15—20°, о которых идёт речь, вовсе не относятся к наклону в целом. Сами марши не круче 10—15°, и только на поворотах, как это обычно для проезжих горных дорог, уклон больше. А 10—15°- крутизна, вполне доступная для конных повозок. Добавим: подъём от входа в ушелье до выхода из него меньше 100 м по вертикали.

Вот, в сущности, и всё, что можно сказать о Чёртовой лестнице, не давая воли воображению. Вовсе не километр и даже не 800—1000 шагов — только 250 м, считая все извилины пути. Совсем не ступени и тем более не какие-то "гигантские ступени" — только повороты и прямые марши. Наконец, не лестница, а дорога, достаточно удобная для своего времени, теперь запущенная и полуразрушенная.

Разговоры о том, что тропа (или дорога) целиком высечена в скале, что и ущелье-то само вырублено в горах человеком — чистейшая фантазия. Трезвый взгляд на вещи всё ставит на место; при этом с большим уважением начинаешь относиться к тем, кто "спроектировал" и проложил путь по ущелью: вместо того, чтобы идти напролом и крушить скалы, они оценили и использовали то, что предоставила им сама природа, дополнив её титанические усилия своим скромным трудом. Разумно, не правда ли?

Наверняка, иной читатель почувствует разочарование! После столь прозаического и объективного разговора о Шайтан-Мердвене: увы, рассеяна загадочность, а всё, что становится понятным, — уже не привлекает. Нет, это не так. Мы продолжаем любоваться цветами, хотя великолепно знаем всю их физиологическую "подноготную", и подолгу не отрываем глаз от морского прибоя, умея решать уравнения трохоидального ("колесообразного") движения волн. Точно так же не иссякнет и притягательная сила Шайтан-Мердвена от знания его реальных, а не вымышленных подробностей.

Кстати, о названии — Шайтан-Мердвен, Чёртова лестница. Не кажется ли вам теперь, читатель, что приложить его нужно не к дороге по ущелью, а ко всему ступенчатому горному амфитеатру? И в самом деле дьявольский рельеф. Удивительно меткая метафора!

Откуда же пошло мнение, что лестница и само ущелье вырублены в горах? Кажется, повинен был в этом Пётр Симон Паллас, хотя он и не имел намерения ввести читателя в заблуждение. Паллас писал следующее: "Татары называют эту тропу Мердвен (лестница), и потому у русских она называется "лесенка". По направлению этой тропы глаз может проследить до самой вершины отвесную скалу, в которой она иссечена" [15]. Иссечена! Вот в чём, по-видимому, дело.

Но ведь и географ, и геолог, и вообще любой естествоиспытатель часто (если не всегда) пишет и говорит о природе так, как если бы она была существом одушевленным. Возьмите, к примеру, такие фразы: "магма внедрилась" (т.е. "внедрила себя"), "тропа взбирается в гору", "дорога проходит между..." и тысячи других им подобных. В каждой из них предметам неодушевленным приписаны поступки, присущие живым существам. Но понимаем-то мы эти фразы правильно: никому же не придет в голову, что река и в самом деле может взбеситься, хотя мы постоянно пишем и говорим о "бешеных реках".

А вот в случае с Чёртовой лестницей слова Палласа были восприняты в буквальном смысле: "тропа иссечена" — значит, кем-то, значит, человеком. Отсюда и пошло. Паллас же, в сущности, подразумевал природу, ибо дальше он говорит: "В некоторых местах ступени исправлены рукою человека" [16]. Обратите внимание — не сделаны, а только исправлены.

 начало::назад::страница_08::дальше

на верх страницы - на главную


   


Вернуться на портал "Киммерия"

© KWD 2002-2017 (при использовании материалов активная ссылка на сайт обязательна)
Администратор сайта - kimmeria@kimmeria.com

Яндекс цитирования